Глядя на безмятежные лица мадонн Средневековья, поражаешься их умиротворенности и покою. В то время, как бушуют войны, эпидемии чумы уносят половину населения Европы, они смотрят на нас с полотен Кранаха, Леонардо, Рафаэля и Дюрера, прижимая к груди дитя, вечно прекрасные в тайне своей женственности и материнства. Дети — залог жизни рода, его укрепления и процветания, только в распоряжении женщин не было достижений нынешней медицины. Тогда считалось, что земля плоская, а до ЭКО оставалось еще этак пять-шесть столетий. Единственной альтернативой была магия, позволяющая женщине зачать и родить долгожданного наследника. А магия, как известно, вечна.
«Куда уходит детство, в какие города? И как найти нам средство, чтоб вновь попасть туда?» Нежный голос молодой Пугачевой сопровождает меня по дороге в детский сад и обратно, доносится из окна магазина, возле которого мы с мамой стоим в очереди. В одной руке у мамы сумка, в другой – я. И когда я спрашиваю, почему эта тетя хочет попасть в страну вечно развязанных шнурков, ненавистного вареного лука и постоянных запретов, мама только вздыхает: «Вырастешь – поймешь!».
Так и случилось.